Фёдор Петрович Овечкин очень не любил собак. Вот прямо очень-очень. Бывало идёт домой с работы, из рыбного треста, а навстречу ему бежит какой-нибудь дворовый Тузик или там Шарик. Так Фёдор Петрович остановится как вкопанный, досадливо нахмурится, и пойдёт домой другой дорогой, несобачьей.
Все окрестные собачники эту особенность Фёдора Петровича давно знали, но реагировали на нёё по-разному. Одни относились к этой оказии с пониманием и сами отводили своих кабыздохов в сторонку. Другие, их было меньше, не обращали на пунктик Фёдора Петровича внимания, резонно решая, что пунктик пунктиком, а «мой Пуфик здесь гулять привык». А были и такие, что нарочно поворачивали с собаками навстречу страдальцу, заставляя его сойти с привычного пути и достигнуть милого дома на несколько минут позже.
Никто и не догадывался о причине такой резкой антисобачей неприязни. Сам Фёдор Петрович говорить на эту тему решительно отказывался, поэтому ходило несколько слухов. Одни говорили, что его в детстве покусала собака, вот он их, собак этих, и боится, значит – с самого детства. Другие судачили о том, что, мол, была у Фёдора Петровича любимая собака, овчарка. Что любил он её, овчарку эту, прям без памяти, а когда она (овчарка, а не память) умерла своей собачьей смертью, то не мил стал Фёдору Петровичу белый свет, а горше всего – собаки в нём, так как напоминали они ему о любимой питомице.
И никто и в самых смелых мыслях и представить себе не мог того, что было на самом деле. На самом деле Фёдор Петрович не боялся собак и не грустил о безвременно почившем обожаемом псе. На самом деле Фёдор Петрович сам был собакой!
Дело вышло так. Родился Фёдор Петрович в семье цирковых собак и щенком был наречён Умником за то, что умел лучше всех подкатиться к матери и имел умильный вид. Мать Умника была серьёзным цирковым работником и умела ходить на задних лапах и держать на носу зажжённую свечу. Умник в своих играх старался копировать материнские повадки и, когда выпрашивал кусочки вкусного у хозяина собак, клоуна Пармезана, скоро тоже научился подниматься на задние лапки. Вот так и получилось, что когда Пармезан стал решать, какого из щенков оставить, выбор естественным образом пал на Умника. Остальных щенят клоун поклал в мешок и отнёс неизвестно куда перед самым переездом цирка на новое место (цирк был бродячий).
Умник начал постигать премудрости своей цирковой работы. Сначала он учился, как и мать, ходить на задних лапах и держать свечу. Но потом вдруг обнаружил удивительные способности в счёте, так что Пармезан стал ставить номер «Чудесная собака-арифмометр» и утвердился во мнении, что дал собаке правильную кличку.
Однажды Умник пришёл вместе с клоуном к директору, который в тот момент занимался бухгалтерией цирка. Пока Пармезан разговаривал с директором, пёс внимательнейшим образом рассматривал гроссбух. Вдруг он залаял и указал носом на цифру в записях. Когда разобрались, то выяснилось, что Умник нашёл ошибку в подсчётах. С тех пор он стал помогать директору, который был слаб в устном счёте, проверять бухгалтерские выкладки и высчитывать жалование артистам.
По мере своей работы Умник всё больше и прямее ходил на задних лапах, научился писать и завёл привычку курить трубку. Никто не знал, что он умеет говорить, пока однажды он не подошёл к директору и не сказал тихим голосом, что не хочет больше работать в цирке. Он взял расчёт, выправил себе документы на имя Овечкина Фёдора Павловича и устроился работать бухгалтером в рыбный трест. Со временем получил квартиру.
Одно его угнетало – ему приходилось за сотню метров обходить любую собаку, потому что каждая собака немедленно чувствовала в нём его собачью природу и немедленно начинала страшно завидовать всему, чему Фёдор Петрович добился в жизни. А кусаться он не любил.
Внимание
