Творец

По дороге с работы домой Вадим забежал в цветочную палатку, чтобы купить розу для жены. Розу он выбирал долго и тщательно, так как был уверен, что цветы для любимой женщины надо выбирать самые лучшие. И всегда так поступал. Выбрав самую лучшую розу, темно-красную, бархатную, Вадим расплатился и вышел на улицу. Переходя через дорогу, он думал о цветке и о том, как Иринка обрадуется подарку. Он очень любил смотреть, как она улыбается, а такая красивая роза, несомненно, заставит ее улыбнуться. И снова вокруг все посветлеет.

Машину он заметил в последнее мгновение. Видно, водитель тоже о чем-то задумался, потому что не сигналил и не тормозил. Вадим повернул голову и увидел в полутора метрах от себя синий капот автомобиля. Последовал резкий удар, после чего мир взорвался и погрузился во вспышку ослепительного света.

Сознание возвращалось медленно. Вадим вдруг понял, что лежит в каком-то ярко освещенном месте. Причем, кроме света вокруг, похоже, больше ничего и не было. ‘Где это я?’ — подумал Вадим и вдруг все вспомнил. Розу, Иринку и перекошенное лицо водителя совсем близко, за лобовым стеклом автомобиля. Вадим резко вскочил на ноги.

Вокруг был только свет. Яркий, но не ослепляющий, он лился как будто бы со всех сторон сразу. И кроме этого света вокруг действительно ничего не было. И боли тоже не было.

‘Я умер?’ — подумал Вадим.

— Скорее, родился.

Это было так неожиданно, что Вадим чуть не подпрыгнул.

— Ты кто? — спросил он.

— Какой ответ ты бы предпочел: длинный или короткий? — невозможно было определить, откуда доносится голос невидимого существа, хотя его присутствие явственно ощущалось.

— Ты Бог?

— Это было бы тем самым коротким ответом.

Вадим был ошеломлен.

— В смысле… тот самый Бог? — он вдруг понял, что несет чушь.

— Тот самый. — голос был серьезен.

— Значит, я все-таки умер. — Вадим почувствовал горечь. Он умер. А как же Иринка? И вообще… Так не должно быть, это несправедливо!

— Не в том смысле, как ты это понимаешь. Я попробую объяснить. — голос на пару секунд замолчал. Присутствие невидимого существа стало еще явственней, и присутствие это давало ощущение уверенности, как бы определяя реальность всего происходящего. И… существо, назвавшее себя Богом, было до странности родным, как близкий друг, рядом с которым прожил много лет. Как-то естественно Вадим чувствовал к нему доверие, хотя никогда не был религиозным человеком.

— Скажем так, ты уже умирал однажды. Это произошло, когда тебе пришла пора покинуть материнскую утробу и появиться на свет. Ведь, с точки зрения младенца, процесс рождения — самая настоящая смерть. Плацента, дававшая тебе питание и кислород все это время, перестает работать. Ты задыхаешься, тебе больно и страшно. Мощные потуги выталкивают тебя в совершенно непривычный тебе воздушный мир. Если бы тогда мог мыслить, ты бы решил, что ты умер.

Вадим подумал.

— Пожалуй.

— Теперь это произошло снова. Ты попал в непривычную для себя среду после весьма болезненных переживаний. Но ты не умер. Скажу тебе по секрету, смерти вообще не существует. Я создал тебя бессмертным.

— Да?

— Поверь мне. Это непременное условие, по-другому быть не может.

— Непременное условие чего?

— Это ты поймешь, когда пройдешь… скажем так, испытание.

— Какое испытание?

— Все в свое время. Я думаю, все будет в порядке…

Голос стал затихать и как-то отдаляться. Вместе с этим ощущение присутствия невидимого существа стало меркнуть. Яркий свет тоже стал постепенно угасать. Вадим почувствовал панику. Он был здесь совсем один, и не знал что делать.

— Постой! — крикнул он — Не оставляй меня!

— Все будет в порядке… — голос был уже еле слышен.

Свет погас совсем.

Вадим обнаружил, что опора под ногами тоже пропала. Он как бы висел в пространстве. Вокруг была даже не темнота, скорее, вообще ничего. Он ничего не видел и ничего не ощущал. Попробовав пошевелить руками и ногами, Вадим не ощутил ни того, ни другого. Паника стала сильнее. Он попробовал потрогать себя самого и снова ничего не почувствовал. В этом месте не было никаких ощущений. Тут вообще ничего не было.

Впору было сойти с ума. Вадим закричал, но не услышал собственного крика. Он ничего не видел, ничего не слышал и ничего не ощущал.

Постепенно Вадим успокоился. Бог говорил так, будто Вадиму предстоит здесь какое-то испытание или задание. Может, испытание заключается в том, чтобы выбраться отсюда? Он попытался мыслить логически. Как можно воздействовать на Ничто? Рук нет, ног нет…

Вдруг его осенило. Единственным, в реальности чего он не сомневался в этом несуществующем месте, был он сам. ‘Мыслю, следовательно, существую!’ Пустоту можно заполнить. А заполнить ее в данной ситуации можно было единственным, что у него было — самим собой. Поразмыслив еще немного, неслышным голосом Вадим произнес:

— Да будет свет!

И стал свет. Ослепительный свет родился сразу отовсюду. Это было похоже на взрыв, вспышку. Хотелось закрыть глаза, но глаз не было. Более того, Вадим сам и был этим взрывом, этим светом. Он был как будто везде сразу. Он был огромен как целая Вселенная и мал, как мельчайшая частица этой вселенной.

Постепенно свет стал менять свою структуру. Появились участки, горящие ярче других. Потом появились разрывы. Это было похоже на огромную сеть с крупными ячейками. Так образуются звезды, подумал Вадим, и новая вселенная подумала это вместе с ним. Откликаясь на мысль творца, звезды стали зажигаться одна за другой, все быстрее и быстрее, образуя галактики и туманности.

Это было невероятное, волшебное зрелище. Как все это хорошо, подумал Вадим. Он чувствовал как вся огромная вселенная, им созданная, откликается на малейшее движение его мыслей, чувств и эмоций. Он вдруг понял, что все, что произошло с ним в жизни, отразилось в этом феерическом акте творения.

В хороводе галактик кружились звезды, вокруг звезд появлялись планеты, затем планеты покрывались водой, зарождалась жизнь. Мама, папа, школа, друзья, первая любовь, Иринка, работа, родной город, восторги, страхи, мечты… Вся жизнь Вадима сплелась в один тугой сияющий клубок, который становился новой Вселенной… В феерическом и волшебном танце рождались горы, моря, реки, растения, животные…

Вселенная по имени Вадим была почти счастлива. Все было на своих местах, все работало как надо. Сияли звезды. По своим орбитам двигались планеты, на некоторых из них росли всевозможные растения, паслись или охотились различные животные. Все шло правильно и хорошо. Впрочем, не совсем. Нужно было сделать еще одно дело. Это непременное условие, как сказал когда-то Бог. Другой Бог из другой Вселенной.

Да, действительно, по-другому и быть не может. Вся красота вселенной — ничто, если нет никого, кто эту красоту может оценить.

Вадим долго и тщательно выбирал планету, также как когда-то выбирал розу в цветочном магазине через дорогу от своего дома. Наконец, он выбрал. Планета была действительно самая лучшая, самая красивая. Вадим всегда был уверен, что дарить следует только самое лучшее. И всегда так поступал. Повинуясь его замыслу, начали происходить изменения в развитии наиболее подходящего из животных… Они не будут зависеть от него, они будут самостоятельными, думал Вадим. И это будет хорошо. Хорошо бы они назвали свою планету Иринкой, подумалось ему…

Вдруг он как будто очнулся. Он неожиданно осознал, что стоит в том же месте, где очутился сразу после аварии. Вокруг разливался мягкий свет.

— Я говорил, ты справишься. — в голосе Бога определенно слышалась радость.

— Это был сон? Я спал? — спросил Вадим.

— Нет, не сон. Самая настоящая реальность.

— А моя… вселенная?

— Она существует. И будет существовать дальше. Ничто, однажды созданное, не может исчезнуть.

— А я? Что со мной?

— А тебе пора. Чтобы твоя вселенная, твой дар твоим детям, стала еще прекраснее.

Внезапная мысль поразила Вадима.

— Ты… ты ведь тоже?

— Да, я тоже. Как и ты. — голос Бога дрогнул — И я очень горжусь тобой, сын. Но тебе действительно пора.

Голос затих. Свет стал гаснуть.

— До свидания,.. папа. — тихо сказал Вадим.

Первое, что он почувствовал, была боль. Болело все. Он вдохнул, и оказалось, что дышать тоже больно. Кроме того, вдохнув, он обнаружил, что в горло проходит гибкий шланг, что было особенно противно. Вадим приоткрыл глаза, глаза резанул свет. Что же такое?

— Боже! Боже мой! Сестра, сестра! — закричала Иринка.

Я в больнице, понял Вадим.

Через два месяца его выписали. Оказывается, он провел в коме около недели. Практически все это время Иринка была рядом с ним. Врачи не верили, что он когда-нибудь очнется.

В тот день, когда он пришел в себя, Иринка плакала и никак не могла остановиться. Она говорила сквозь слезы:

— Я так рада, так рада. — и продолжала рыдать.

— Не плачь, не надо, ну что ты. — говорил ей Вадим.

Потом она посмотрела на него сквозь слезы.

— Я тогда подумала, ты умер.

— Ну что ты… Скорее, родился — сказал Вадим.

11 ноября 2004 г.
Москва

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *